Затем аятолла Хомейни обратился к военнослужащим иранских вооруженпых сил. Он сказал: «Господин генерал, разве вы не хотите быть независимым? Господин полковник, разве вы не хотите быть независимым, хотите быть лакеем? Я советую вам прийти в объятия народа… Нам нужно быть независимыми, и наша армия должна быть независимой и не находиться под руководством американских и иных советников». Аятолла заявил, что те, кто убивает народ на улицах, будут сурово наказаны. Затем он поблагодарил солдат, хомафаров и унтерофицеров ВВС, всех, кто присоединился к народу в Исфахане, Хамадане и других местах. Иранский народ, сказал Хомейни, не хочет разрушать армию, он хочет сохранить ее, ио это должна быть народная армия, а не шахская.
Вместе со своими помощниками Хомейни обосновался в резиденции на улице Иран. Началась подготовка к организации Временного революционного правительства. Так, в стране возник новый, второй центр власти — «штаб имама», или «комитет Хомейни».
2 февраля аятолла Хомейни устроил свою первую прессконференцию в Иране. Он сказал, что власть шаха незаконна, что правительство Бахтияра должно уйти в отставку, что нужно будет созвать Учредительное собрание, учредить исламскую республику путем референдума и только после этого провести выборы. «Я объявляю, что нынешнее правительство является коррумпированным и незаконным и должно уйти в отставку. И если положение станет критическим, ответственность за это понесет правительство Бахтияра». Хомейни заявил, что вскоре оп назначит новое правительство. Имена членов уже назначенного им Исламского революционного совета аятолла попрежнему отказался назвать. Он выразил готовность принять Бах
тияра, но только при том непременном условии, что тот покинет узурпированный им пост. Хомейни добавил, что, если кризис не будет разрешен мирным путем, он объявит священную войну —имам посоветовал «узурпаторскому правительству» не доводить дело до этого. На вопрос о том, поддерживает ли аятолла контакты с армией, он ответил, что при необходимости призовет армию к борьбе за дело нации. Далее аятолла подчеркнул, что в исламской республике будут уважаться права религиозных меньшинств. Когда его спросили, располагают ли его сторонники оружием, аятолла отвечал: «Если ситуация этого потребует, мы сможем подготовиться».
