ОАЭ и Ближний Восток

Метка: 1954 года

  • Гамаль Насер

    Гамаль Насер

    В начале 1954 года толпы людей дважды выходили на улицы с диаметрально противоположными лозунгами. «Нет революции без Нагиба!» (ля саура би ля Нагиб) – так было в феврале, когда была сделана первая попытка распустить его кабинет. И с возгласами: «Нет партиям! Нет выборам! Нет парламенту!», «Не уходи, Гамаль!». Это уже происходило 27 марта, после того, как СРК объявил своими решениями от 5 и 25 марта о самоликвидации, без права для себя создания новой партии, и о созыве Учредительного собрания. Но все эти обещания были взяты назад, когда накануне мартовских демонстраций Насер пошел ва-банк, убедившись в том, что его личный друг, главнокомандующий Амер, гарантирует надежность всей армии, и есть полный шанс блокировать тех офицеров, которые готовы защищать Нагиба с оружием в руках. Таким образом, шумные выступления улицы помогли сорвать перспективу возвращения Наххас-Паши и ему подобных в парламентские кресла, а также подтвердили полномочия нового вождя. Оставалось ждать 26 октября 1954 года, чтобы «Братья-мусульмане», в свою очередь, дали повод с ними расправиться. (Принятое еще в январе решение СРК о роспуске ассоциации было отменено благодаря вмешательству короля Саудовской Аравии). Таким поводом стал их заговор с целью покушения на жизнь Насера. Срочно образованные «суды народа» и военные трибуналы вынесли суровые приговоры сотням приверженцев ассоциации, к октябрю 1955 года количество арестованных достигло почти трех тысяч человек; оставшиеся на свободе «братья» ушли в глубокое подполье и долго не давали о себе знать.

    Генерал Нагиб, в вину которому вменили симпатии к заговорщикам, тоже был убран с дороги; все это вместе взятое помогло похоронить идею восстановления многопартийности и буржуазного парламента, даже в том варианте, который виделся Нагибу (без старых партий), а также забыть о его умозрительном проекте – ориентироваться на Запад, оказывая сопротивление империалистическим силам, и добиваться постепенного объединения арабских народов на основе общих экономических интересов. Наконец, отставка Нагиба означала исчезновение политика, готового к диалогу в контексте арабо-израильских отношений.

    Если вернуться к экономической деятельности правительства Насера в этот период, то в марте 1955 года создается Комитет по национальному планированию, который в 1957 году был реорганизован, поставлен под контроль президента и включил в себя все ранее созданные отраслевые и местные ведомства, занимавшиеся вопросами планирования. Это еще не означало ущемления интересов местного капитала, напротив, хозяйственная олигархия, и в первую очередь финансовые группы Аббуда и банка «Мыср», в 1956–1958 годах процветали. «Но египетская буржуазия привыкла к власти, раньше она назначала и смещала министров, а теперь была отстранена от политики».

  • Абдель Хаким Амер

    Абдель Хаким Амер

    Известно, что после неудачной войны 1967 года была проведена кампания против так называемой военно-бюрократической верхушки, а на деле – в ущерб группировке маршала Амера, чья канцелярия, утверждала египетская печать, превратилась в «параллельный центр власти», и на которого возложили всю ответственность за катастрофу.
    Действительно, один из прославленных «свободных офицеров», которому в июле 1952 года было поручено блокировать Генеральный штаб, Абдель Хаким Амер – близкий и, возможно, единственный личный друг Насера, пользуясь своим положением, расставлял благодарных ему людей на теплые места в администрации, обеспечивал их всевозможными благами и привилегиями. «Занимая самые различные посты в госаппарате, старшие и высшие офицеры выходили в отставку, но, как правило, сохраняли свои “кастовые”, профессиональные связи»

    Падение, а затем и смерть Амера положили конец могуществу «военного класса». Однако, если в середине шестидесятых годов доля бывших военных на гражданских должностях составляла, по оценкам специалистов, около 25%, то в начале семидесятых она возросла до 50%. Между тем в кабинете министров доля чиновников, пришедших туда из армейских рядов, напротив, последовательно снижалась.

    Напомним, что сразу после июльского переворота 1952 года, когда полтора месяца просуществовало двоевластие кабинета Али Махира, закоренелого врага вафдистов, и комитета «Свободных офицеров» (который и назначил премьером старого царедворца) возникла практика делегирования военных представителей в различные административные и экономические учреждения. В том числе – на роль «генерального секретаря» или заместителя при гражданских министрах правительства. Второй послереволюционный кабинет сформировал генерал Нагиб 7 сентября 1952 года. С тех пор должность председателя правительства, зачастую совмещая функции ра’ис аль-визара (премьера) и ра’ис ад-дауля (президента), занимал военный.

    Бывшие «Свободные офицеры», неформально ранжированные по степени их близости к Насеру в период, предшествовавший революции, внедряются в правительство с 1953 года и тянут за собой новые «эшелоны» (Комментарий 8). В первый кабинет Насера, который он возглавил весной 1954 года, вошли 8 членов Совета революционного командования (СРК) – все военные. Затем они постепенно отдавали место «технократам»: инженерам, экономистам, представителям университетской профессуры. Обратная картина (то есть увеличение доли военных) наблюдалась в период накануне и после «шестидневной войны».

    Интересно, что в правительствах, сформированных в разное время при Насере, доля лиц с учеными степенями, от магистра (MD) до доктора философии (Phd), составила почти половину общего состава (47%). Правда, по едкому замечанию М.Х. Хейкала, высокий образовательный уровень членов правительства отчасти объяснялся тем, что «доктора жаждали занять место в политических структурах, а политические деятели – обрести докторскую степень». В отличие от дореволюционных кабинетов, где большинство лиц имело юридическую подготовку (адвокат – самая типичная профессия), при Насере таковые составили в целом 13% против 15% обладателей гражданских инженерно-технических специальностей, не считая чиновников с подобным образованием из военной среды. Доля дипломированных специалистов и выходцев из академических кругов упала до низшей отметки (30%) осенью 1954 года, когда члены СРК заняли 1 сентября больше половины мест в правительстве и заодно провели чистку в университете. Вторично такая картина сложилась в кабинете, образованном 19 июня 1967 года.

  • История Египта

    История Египта

    В марте 1954 года правительства СССР и Египта преобразовали свои дипломатические миссии в посольства. В августе 1954 года Насер совершил паломничество в Мекку, где встретился с лидерами Саудовской Аравии и Пакистана, итогом встречи стало совместное заявление в пользу исламской солидарности против Запада. 19 октября 1954 года было подписано соглашение о выводе войск Ее Величества из Египта, содержавшее, однако, пункт о возможности их возвращения. В сентябре 1955 года Египет заключил сделку о поставках чехословацкого (советского) оружия (См. Комментарий в конце книги), в октябре того же года заключил оборонительные соглашения с Сирией и Саудовской Аравией; в марте следующего года состоялся саммит трех стран – участниц оборонительного договора, в апреле 1956 года к их соглашениям присоединился Йемен. (На основании этого договора Египет в октябре 1957 года направит в Сирию свои войска). В этот же период Каир оказывал массированную пропагандистскую поддержку через радио «Голос арабов» и тайную военную помощь алжирскому восстанию, начавшемуся 1 ноября 1954 года, ориентируясь на радикальное антизападническое крыло национального движения в Магрибе (Комментарий 2). Еще более широкое поле деятельности в рамках формирующегося на глазах огромного «третьего мира» Насер увидел для себя, посетив весной 1955 года Бандунгскую конференцию; до этого, в феврале 1955 года, он принял в Каире визит Дж. Неру, с которым было подписано заявление, подтверждавшее полное взаимопонимание обоих лидеров по важнейшим международным проблемам. В том же году Египет выступил против Багдадского пакта и становится одним из сторонников политики позитивного нейтралитета. Период с 1955 по 1957 год включительно многие историки эпохи Насера так и называют – «бандунгским».

    Между тем по мере нараставшего после июльской революции 1952 года скрытого конфликта Каира с Западом и перехода этого конфликта в фазу открытого противостояния нарастало негативное отношение руководства «Свободных офицеров», какое было им свойственно и раньше, к либерализму и ценностям западной демократии. Умеренно-либеральных взглядов среди членов СРК придерживался президент Нагиб, который в первой половине 1954 года оказался в изоляции, а вскоре утратил и незавидное положение «свадебного генерала». (Лишенный и постов, и орденов, Нагиб в 20-х числах ноября 1954 года был препровожден на заброшенную виллу в предместье Каира, где провел под домашним арестом 29 лет и умер забытым)[16]. Предпочтение было отдано строительству однопартийного режима, контуры которого обозначились в 1956 году, с завершением объявленного ранее трехлетнего «переходного периода», избранием Насера на пост президента и принятием новой конституции.