Вопросы наследования престола также остаются слабым местом исламского права. Регулирующие положения имеют характер общих требований к претенденту и ограничиваются простой констатацией того, что он должен в физическом, интеллектуальном и моральном плане подходить для занятия высокого поста. К тому же и сам Пророк никогда не упоминал имени своего преемника и не оставил четких указаний для своей паствы относительно того, кто будет после него. Видимо, это обстоятельство стало весьма серьезным основанием для разногласий в исламском правоведении и привело не только к возникновению спорных взглядов на проблему, но и к расцвету сопутствующих в обязательном порядке такому положению беззаконию, насилию и интригам. Эти последние во множестве плелись всеми теми, кто имел неутолимую жажду власти и возможность реализовать ее, заняв престол силой, а не ожидая уныло установленной очереди.
Помог избежать неразберихи в столь важном для страны вопросе, как престолонаследие, принятый в 1996 г. в Омане Основной закон (Конституция), статья 5 которого гласила, что власть в Омане должна принадлежать наследнику, восходящему по мужской линии к султану Сейиду Турки бин Саиду бин Султану (пра-пра-прадеду султана Кабуса). Эта и следующая статьи предписывали, что претендент на престол должен быть мусульманином, выбранным на Совете правящей семьи в течение трех дней с того момента как трон оказался вакантным. Если Совет правящей семьи не сможет достичь единогласия по кандидатуре, в этом случае прерогативами назначения кандидатуры султана наделяется Совет по делам обороны, который назначает престолонаследника по посланию, направленному в Совет правящей семьи, в котором легитимно правивший до этого момента султан выражал свою волю по данному вопросу. Знаки султанского достоинства могут быть вручены только представителю основной ветви династии, побочные же ветви ее исключены из процедуры престолонаследования. Эта мера направлена на то, чтобы избежать возможных конфликтов внутри правящей семьи и организовать весь процесс таким образом, чтобы минимизировать число его участников, а, следовательно, уменьшить опасность дестабилизации обстановки и не допустить снижения уровня национальной безопасности.
Правящая семья Аль Бу Саид относительно невелика по численности и насчитывает менее ста членов мужского рода. Среди них не наблюдается соперничества за власть, по крайней мере, такие проявления, если они и есть, не выходят на поверхность. Возможно, отсутствие амбициозности связано с тем, что примерно известен список лиц, которые могут занять трон, и с этим согласны другие члены династии. Пока султан Кабус не имеет наследника, среди возможных претендентов – два дяди султана Кабуса, трое двоюродных братьев, а среди младшего поколения эмиров из семейной среды – сын бывшего премьер-министра Омана.
Конечно, существование более одной кандидатуры на ведущую роль в государстве всегда таит в себе опасность возникновения соперничества. Даже сведение числа претендентов всего до двух человек может быть потенциально опасным с этой точки зрения. Тем не менее в новых условиях развития Омана такая мера считается достаточной гарантией от потрясений, поскольку здесь автоматически включаются механизмы самосохранения династии, которая должна сплотиться вокруг одного наиболее приемлемого лица, чтобы не допустить внутрисемейного разлада, способного стать каналом для проникновения чуждых и разрушительных интересов и сил, противных стратегическим задачам династии.
Необходимо заметить, что принятие Основного закона было поистине революционным шагом для Омана, поскольку впервые в его истории Закон, содержавший 7 глав и 81 статью, утверждал такие основополагающие принципы, как равенство всех оманцев перед законом, свободу слова, вероисповедания, свободу прессы, гарантировал право создания национальных ассоциаций и др.