Одной из важных черт прошедших выборов стало участие в них представителей деловой элиты, многие из которых не были связаны ни с одной политической партией. Располагая достаточными финансовыми средствами и используя свои ресурсы для оказания материальной помощи населению, они сумели провести активную избирательную кампанию в ряде округов, создать там широкую электоральную базу и во многих случаях вытеснить правительственных кандидатов. Например, в каирском районе Аль-Азбакия, большая часть населения которого занята крупной и мелкооптовой торговлей, победу одержал бизнесмен Рами Лаках, представитель немногочисленной римско-католической общины Египта. Его основным соперником был Абдель-Ахад Гамаль ад-Дин, бывший глава парламентского Комитета по арабской политике, член НДП и известный адвокат.
Коммерческая деятельность Рами Лакаха связана с производством и поставками медицинского оборудования. По некоторым сведениям, Лаках временно покидал Египет летом 2000 года, дабы избежать возврата долга в 1,2 млрд. египетских фунтов (примерно 340 млн. долл.). В рамках предвыборной кампании бизнесмен выплачивал регулярные пособия более 850 семьям с низким достатком, живущим в Аль-Азбакии. Еще большее впечатление на жителей района он произвел, пожертвовав дорогостоящее медицинское оборудование железнодорожной больнице. По словам одного из избирателей, он выбирает Рами Лакаха потому, что «лучше отдать голос тому, кто способен предоставить реальную помощь, чем тому, кто может лишь говорить».
Реальные дела, адресная помощь, иногда приобретающая характер личной помощи, а не политические заявления – вот что больше всего располагает к себе избирателя, египетского в данном случае. На предвыборные собрания, в особенности те, которые организуются правящей НДП, люди приходят в основном по следующим причинам. Чиновники руководящего звена обязаны неформально присутствовать там, а значит – должны являться и их подчиненные. Для простых граждан такие собрания представляют единственную возможность передать просьбы и жалобы личного характера высоким государственным деятелям, как правило, приглашаемым в качестве гостей для выступлений в поддержку кандидата.
Эти обычаи существенно влияют на стиль избирательных кампаний. Заслуживает, например, внимания случай, отмеченный журналистами в Менуфии, на родине президентов Анвара Садата и Хосни Мубарака. Один из кандидатов, чтобы поправить невыгодное впечатление, которое производили на избирателей его скучные речи, разбрасывал с трибуны золотые фунты, каждый стоимостью в 250 ег. фунтов (70 долл.). В каирском районе Шобра кандидат раздавал людям мобильные телефоны, чтобы создать имидж бизнесмена, ничего не жалеющего для удовлетворения их нужд. Еще один кандидат, на этот раз в Гизе, оказался более изобретательным и внес плату за образование для детей из бедных семей. В округе Сохаг, в Верхнем Египте, претендент нанял известного певца и с его помощью на мелодию популярных песен записал новый текст, повествующий о том, что хорошего он уже сделал для района в качестве кандидата в народные избранники. По-другому ставится вопрос о предвыборных подарках в районе Красного моря, где решение о том, кто победил, выносят племена. Кандидат должен обратиться к главе племени, и тот сообщит ему, какое именно пожертвование необходимо сделать.
Решая за кого голосовать, избиратели часто руководствуются не партийной принадлежностью кандидата, а тем, какую конкретную помощь он сможет оказать в их повседневных нуждах, став депутатом. Тот факт, что кандидаты и партии в целом это понимают и принимают, показывает, до какой степени избирательное соревнование превратило политических деятелей в посредников между центром и периферией. Отношения «патрон – клиент» усиливают электоральные позиции партий и отдельных депутатов, имеющих возможность эксплуатировать свои связи с правительством и президентом. Президент получает с помощью многопартийных, но лишенных реальной борьбы выборов дополнительный механизм для сдерживания организованного политического участия и таким образом укрепляет свою власть и препятствует изменению баланса сил.
Тем не менее парламентские выборы 2000 года можно считать самыми «честными» за последние пятьдесят лет в Египте. Судебный контроль гарантировал хотя бы частичное невмешательство властей в избирательный процесс; оппозиция получила на 10% мест больше, чем на прошлых выборах. «Братья-мусульмане» легитимировались де-факто, а граждане смогли высказать свое недовольство правящей партией. Египет в этом смысле отличается от ряда других арабских стран, таких, как, например, Тунис, где правящая партия Дустур (ДКО) уверена в победе на выборах и заранее предоставляет оппозиционным партиям гарантированный 20-процентный минимум депутатских мест в парламенте.
Египетские выборы не оживили политическую систему. Большинство «независимых» депутатов, как обычно, присоединились к фракции НДП, которая благодаря этому сохранила безраздельный контроль над парламентом, а спикером в третий раз подряд был избран член НДП Фатхи Сурур. Депутаты от оппозиции оказались представленными еще в меньшей степени, чем в 1987 году. Выборы показали роль больших денег и большого бизнеса: голоса избирателей покупались, хотя это не обязательно обеспечивало победу. Конечно, голосование в обмен на услуги и помощь нравится далеко не всем гражданам. В этом одна из причин низкой явки избирателей на выборы (менее 10% в округе Центральный Каир).